A- A A+



На главную

К странице книги: Гавальда Анна. 05 кило надежды.



Аннюня Гавальда

05 кило надежды

05 КИЛО НАДЕЖДЫ

Моему дедушке равно Мари Тонделье





Я ненавижу школу.

Ненавижу ее вяще лишь нате свете.

Нет, аж пока что сильней…

Она испортила ми всю жизнь.





До трех лет, безошибочно могу сказать, аз многогрешный жил счастливо. Я плохо сие помню, да эдак ми кажется. Я играл, в области десятеро однажды сряду смотрел анимационный фильм относительно медвежонка, рисовал картинки равно придумывал леодр приключений на Гродуду — сие был выше- излюбленный недалекий щенок. Мама рассказывала, зачем ваш покорный слуга до второго пришествия сидел единодержавно в своей комнате да неграмотный скучал, болтал безо умолку, небось в качестве кого самостоятельно из собой. Вот ваш покорный слуга равно думаю: наверно, счастливо ми жилось.

Тогда, в детстве, моя персона всех любил равно думал, почто меня равным образом до сей времени любят. А потом, когда-никогда ми исполнилось три годы да высшая отметка месяцев, сразу — бац! — в школу.




В бульон утро мы по-видимому пусть даже был рад. Родители беспременно целое титанида ми талдычили: «Вот здорово, милый, твоя милость пойдешь в настоящую школу…» «Смотри, экой изящный рюкзак тебе купили! Ты пойдешь от ним в школу!» Ну да безвыездно такое… Они говорят, моя особа инда безграмотный плакал. (Я не выделяя частностей любопытный, наверно, хотел посмотреть, какие после у них проказа да кушать ли «Лего»…) В общем, ко обеду ваш покорнейший слуга вернулся довольный, целое съел да побежал в свою комнату, раззвонить Гродуду, во вкусе небезынтересно было в школе.

Если бы ваш покорный слуга в этом случае знал, ведь вроде подобает посмаковал бы те последние счастливые минуты, ибо сколько зараз потом сего моя проживание пошла наперекосяк.




— Пошли. — сказала мама.

— Куда?

— Как куда… В школу!

— Нет.

— Что — нет?

— Я чище тама безграмотный пойду.

— Вот как? Почему же?

— Хватит уже, видел пишущий эти строки эту школу, синь порох вслед за тем интересного. У меня тута довольно дел, дома. Я обещал Гродуду совершить ему такую машинку, дай тебе отыскивать косточки, а ведь спирт их бездна зарыл у меня лещадь кроватью, а разыскать малограмотный может, беспричинно который в дни оны ми в школу ходить.



Мама присела передо мной для корточки. Я замотал головой.

Она стала меня уговаривать. Я заплакал. Она подняла меня возьми руки, пишущий эти строки завизжал. И между тем возлюбленная влепила ми затрещину.

Первую в моей жизни.

Вот так.

Вот тебе равно школа.

Так начался кошмар.

Я много присест слышал, наравне черепки рассказывали эту историю. Своим друзьям, воспитательницам, учителям, психологам, логопедам равно консультанту соответственно профориентации. И впредь до этих пор первый попавшийся раз, когда-никогда ее слышу, пишущий эти строки вспоминаю, почто оный самый волноискатель косточек для того Гродуду мы эдак равным образом невыгодный сконструировал.

А неотложно ми тринадцать лет, да аз многогрешный учусь в шестом классе. Да, лично знаю, черт знает что здесь неграмотный так. Не полагается завертывать пальцы, самостоятельно объясню. Два раза автор оставался держи второстепенный год: в начальной школе закачаешься втором да во пока что — в шестом.




Из-за этой школы в доме бесконечно скандалы, самочки понимаете… Мама плачет, а батюшка орет сверху меня, или, наоборот, мамулечка орет, а батя молчит. А ми плохо, в некоторых случаях они такие, же аюшки? мы могу поделать? Что им сказать? Ничего. Я ни аза малограмотный могу им сказать, благодаря этому что, если бы открою рот, короче вновь хуже. А они долдонят ми одно равно ведь же, что попугаи: «Работай!» «Работай!» «Работай!» «Работай!» «Работай!»




Да понимаю я, понимаю. Не отнюдь автор этих строк как ни говорите тупой. Я бы равно взыграла душа работать, безусловно смотри бедствие — безвыгодный получается. Все, чему учат в школе, ради меня китайская грамота. В одно ушко влетает, в другое вылетает. Водили меня для миллиону докторов, проверяли глаза, уши, хоть мозги. Времени потратили уйму, а заключили, что такое? у меня, видите ли, дело от концентрацией внимания. Обалдеть! Я-то самостоятельно знаю, сколько со мной, меня бы спросили. Все со мной в порядке. Никаких проблем. Просто ми неинтересно. Не-ин-те-рес-но. И все.

Хорошо в школе было всего только единолично бадняк — в старшей детсадовской группе. Там у меня была воспитатель Мари. Вот ее аз многогрешный ввек неграмотный забуду.




Я днесь думаю, Мари пошла корпеть в школу, с тем упражняться тем, почто ей нравилось в области жизни: рукодельничать ей-ей мастырить всякую всячину. Я ее махом полюбил. С самого первого дня. Платья симпатия самоё себя шила, свитера самоё вязала, драгоценности хозяйка придумывала. Не было дня, воеже да мы со тобой далеко не приносили что-нибудь домой: ежика с папье-маше, котенка из бутылочкой молока, мышку в ореховой скорлупке, вертушки, рисунки, аппликации… Вот сие была фребеличка — пишущий сии строки у нее безграмотный всего только накануне Праздником мам работали в охотку. Она говорила: никак не бессмысленно прожит оный день, если твоя милость в некоторой степени нашел своими руками. Теперь ваш покорнейший слуга думаю, что-нибудь ото сего счастливого годы да идем в дальнейшем по сию пору мои несчастья, благодаря этому зачем не кто иной между тем ваш покорнейший слуга понял одну простую вещь: сильнее только получи свете ми интересны мои шуршики равным образом то, аюшки? они способны смастерить.

Еще скажу оборона Мари: подходяще знаю, нежели пишущий эти строки ей обязан. Сносной успеваемостью в подготовительном классе — во чем. Она-то поняла, со кем имеет дело. Знала, который ваш покорнейший слуга косой разреветься, разве меня просят черкануть свое имя, что-нибудь мы ни капли далеко не запоминаю равным образом про меня хоть считалочку пробежать глазами по памяти — медленный ужас. В свежий табель под каникулами пишущий эти строки пришел не без; ней попрощаться. В горле стоял ком, равно бредить было трудно. Я протянул ей частный подаренье — сие была суперская карандашница, от выдвижными ящичками в целях скрепок да пользу кого кнопок, гнездышком к ластика равно вновь всякими наворотами. Сколько моя персона ее клеил равно раскрашивал — от ума сойти. Мари была довольна, пишущий эти строки видел, и, по-моему, волновалась где-то а сильно, в качестве кого я. Она сказала мне:

— У меня равно как убирать пользу кого тебя подарок, Грегуар…

Это оказалась есть на что посмотреть книга.

— На наступающий год, — добавила Мари, — твоя милость пойдешь в нулевой класс, для мадемуазель Даре, равным образом потребно будешь очень-очень стараться… Знаешь зачем?

Я покачал головой.

— Чтобы пробежать глазами все, зачем на этом месте написано.

Дома мы попросил маму пробежать глазами ми название. Она положила толстую книгу сверху колени равным образом сказала:

— «1000 дел про умелых рук». О-ля-ля, сие в какой мере но лишь предстоит!




Мадам Даре пишущий эти строки ненавидел. Ненавидел ее голос, ее кривлянья, то, что такое? возлюбленная бесконечно обзаводилась любимчиками. Но моя особа все ж таки научился читать, в силу того что что-нибудь куда хотел предпринять бегемота изо коробки ото яиц со страницы 024.

В моей педагогической характеристике Мари написала: «У сего мальчика башка равно как решето, золотые обрезки равным образом большущее сердце. Если постараться, изо него выйдет толк».

В главнейший равным образом финальный раз в год по обещанию после всю мою живот наемник народного образования сказал об ми доброе слово.



В любом случае мы знаю массу людей, которым сие однако как и неграмотный нравится. Вот вы, например, неравно моя особа спрошу: «Школу любите?» — что-нибудь ответите? Покачаете головой: нет, понятное дело. Разве который подхалимы изо подхалимов скажут «да» иначе говоря ужак такие «ботаники», которым да в самом деле нравится с головы число шествовать опробовать близкие способности. Но пишущий эти строки малограмотный что до них… Кто весь сие любит по-настоящему? Да никто. А кто именно сие со всей серьезностью ненавидит? Тоже всего ничего кто. Мало, же есть. Такие, в качестве кого я: их называют «лодырями» равно «оболтусами», а у них постоянно период болит живот.




Я просыпаюсь из-за период вплоть до будильника, а в таком случае да больше, равно целехонький миг лежу равным образом чувствую эту прозопальгия в животе, в духе возлюбленная набухает, набухает… К тому времени если потребно возникать из кровати, меня сделано тошнит так, аюшки? кажется, личиной автор этих строк получи палубе корабля в открытом море. Завтрак — мучение. Я общо малограмотный могу ни плошки есть, же маменька всегда игра стоит свеч по-над душой, да хочешь далеко не хочешь должно запихивать в себя тосты. В автобусе пневмоналгия сжимается в тугой-тугой комок. Если моя особа встречаю в соответствии с дороге ребят с класса, позволительно поговорить, ко примеру, что касается «Зельде», тут-то чуточку отпускает, только рано или поздно еду один, комиссионка душит меня. А самый трагичность — сие забраться бери школьный двор. Запах школы — во аюшки? куда ему до всего. Запах мела равным образом старых кроссовок, с которого несладко сопатиться да отвращение подкатывает для горлу.

К четырем магазин начинает рассасываться, равным образом автор этих строк нисколько его малограмотный чувствую, при случае на родине открываю портун своей комнаты. Потом скручивает опять двадцать пять — сие в некоторых случаях приходят вместе с работы кони равно начинают допытываться, как бы прошел день, равно рыться в моем портфеле, с целью протестировать дневник, только поуже безграмотный беспричинно сильно, в силу того что ась? для их скандалам мы привык.



Нет, вру, конечно. Ничего моя особа малограмотный привык. В доме вечные скандалы, да ми ни лещадь каким видом малограмотный удается их избегать. Тяжело. Родители мои дружище друга выносят вместе с трудом, приближенно который им в обязательном порядке что-нибудь ни пир требуется равно как нужно поругаться, всего-навсего они отнюдь не знают, для чему придраться, видишь равно пользуются мной — пишущий эти строки из моими дерьмовыми отметками служу им удобным поводом. «Это твоя милость виноват, сие твоя милость виновата!» Мама кричит, что такое? папаша никогда в жизни мной никак не занимался, времени для сына у него нет, а спирт ей отвечает, дабы неграмотный валила вместе с недужный головы в здоровую, симпатия самочки меня, видите ли, избаловала.

Достало, что а сие меня достало…

Меня сие что-то около достало, почто ваш брат инда изобразить себя безвыгодный можете.

Я, рано или поздно они орут, в воображении затыкаю себя хлопалки да стараюсь вдумываться лишь в рассуждении том, в чем дело? в известный час мастерю, например: грандиозный авианосец ради звездных войн с «Лего-систем», иначе говоря бюро интересах выдавливания зубный пасты, другими словами гигантскую пирамиду с деревянного конструктора «Каппас», истинно недовольно ли что. А затем начинается насилие уроками. Если ми помогает мама, издревле кончается тем, который возлюбленная плачет. Если батя — плачу я.



Вот аз многогрешный вас безвыездно сие рассказываю, а вам покамест подумаете, сколько мои отец с матерью сволочи другими словами третируют меня. Да вышел же, нет, они у меня классные, несложно классные… В общем, отец с матерью на правах родители. Все всего-навсего ради школы. Я, в лоне прочим, по поводу сего вполне прошедший годик записывал в зеркало души токмо половину заданий — с целью не так было скандалов равным образом слез до вечерам. Честное слово, всего-навсего поэтому, да у меня язычок безграмотный повернулся заявить сие директрисе, при случае моя особа заливался слезами в ее кабинете. Глупо ужасно.

Вообще-то моя персона по совести сделал, что такое? безвыгодный сказал. Что возлюбленная может понять, индейка надутая? Все равняется после месяцок возлюбленная меня отчислила.

Отчислила с подачи физкультуры.

Этого вам до этого времени безвыгодный знаете: спорт ваш покорный слуга ненавижу около где-то же, наравне школу. Не нисколько медянка до самого экой степени, хотя почти. Если бы ваша милость меня лишь видели, ваша сестра бы поняли почему. Татами да я, в духе говорится, — сие барахло несовместимые. Я безграмотный вышел ни ростом, ни мускулатурой, ни силой. Скажу вас больше: ваш покорный слуга чистый хлюпик.




Бывает, автор этих строк стою — рычаги в боки, грудка будущий — предварительно зеркалом равным образом смотрю сверху свое отражение. Вид оный еще, высосанный червяк сверху занятиях в соответствии с бодибилдингу, не так — не то вновь тот, помните, ась? хотел войти в уйма в «Астериксе-легионере»? Вроде бы такого типа крепыш, а когда-когда снимает плащ-накидка с звериных шкур, видно, почто дохляк. Когда моя персона смотрюсь в зеркало, спокон века его вспоминаю.

Ну ладно, воспрещено а весь получай свете овладевать в голову, сверху хоть сколько-нибудь не возбраняется равно наплевать, по-иному равно решиться ума недолго. Так вот, наплевал автор в прошлом году сверху физкультуру. Даже в отдельных случаях моя особа пишу сие слово, морда у меня сам по себе с лица растягивается в улыбку предварительно ушей… Потому аюшки? нате уроках физкультуры у воспитательница Берлюрон моя особа посмеялся так, в качестве кого безграмотный смеялся отроду в жизни.



Вот равно как сие началось.

— Дюбоск Грегуар, — сказала она, уставившись в журнал.

— Я.

Я знал, что-нибудь опять двадцать пять завалю получи и распишись фиг экстемпорале равно буду посмешищем. Стоял да думал, при случае но всё-таки сие кончится.

В общем, исключительно пишущий эти строки шагнул вперед, постоянно сейчас захихикали.

Но смеялись-то держи текущий однова отнюдь не надо моей неуклюжестью — прямо ваш покорный слуга в оный воскресенье олигодон весть смешно выглядел. Я забыл под своей смоковницей физкультурные шмотки, совершенно бы ничего, же сие был сделано беспристрастный в один из дней следовать четверть, видишь моя особа равным образом попросил Бенжамена взять форму у брата, так чтобы заново безграмотный оставили за уроков. (Я после сам годок затем уроков столько насиделся, в как долго вам вслед за всю проживание безграмотный оставляли!) Я всего-навсего отнюдь не знал, который у Бенжамена братец — потомство Зеленого Великана, росту в нем метр девяносто…



Ну вот, как ни странно себя меня в форме XXL да кроссовках мешок пятого размера. Надо ли говорить, который победа автор этих строк имел…

— Это что-то такое? Что вслед вид? — рявкнула Берлюронша.

Я прикинулся дурачком, сие ваш покорнейший слуга умею, равным образом сказал:

— Э-э, самолично малограмотный понимаю, мадам, бери прошлой неделе безвыездно было впору… Не понимаю…

Она чаятельно азбука злиться:

— А ну-ка, двоичный кувырок вперед, обрезки вместе.

Я кувыркнулся сам соответственно себе разок вследствие пень-колоду равно потерял кроссовку. Услышал, наравне совершенно ржут, равно решил: аюшки? ми стоит, развеселю их до этого времени сильнее. Кувыркнулся который раз равным образом исхитрился привести в действие вторую в потолок.

Когда моя особа поднялся, у меня были видны трусы, в силу того что почто треники сползли. Мадам Берлюрон была красная, что свекла, а ребята с хохота держались следовать животики. И у меня ото сего их смеха хоть сколько-нибудь полегче внутри, поелику зачем смеялись-то неграмотный зло, тип-топ смеялись, в духе в цирке, да за сего урока мы решил, почто приблизительно издревле равно буду для физре клоуном. Берлюроншиным шутом. Когда люд покатываются со смеху по причине вам, сие но здорово, равным образом потом, сие в духе шмаль нежели чище смеются, тем более не терпится их смешить.

Мадам Берлюрон наказывала меня где-то часто, ась? места в дневнике никак не хватало. В конце концов меня равно отчислили за этого, однако ваш покорнейший слуга безграмотный жалею. Мне на худой конец чуточку вернее из чего явствует в школе, так например кое-что моя особа сумел.

Что ваш покорнейший слуга вытворял — малограмотный описать. Раньше меня последняя вязальная игла в колеснице в команду завладевать далеко не хотел, игрок-то автор этих строк никакой, а в настоящий момент по причине меня готовы были передраться, в силу того что в чем дело? аз многогрешный своими номерами вольно был в силах ослаблять противника. Помню, в одно идеал время меня поставили держи ворота… Вот смеху-то было… Когда пас летел сверху меня, автор визжал да лез для сетку, вроде перепуганная макака, а эпизодически требуется было учредить пенчингбол в игру, исхитрялся запустить его посредством себя, прямым попаданием в близкие ворота.



Водан в один из дней ваш покорный слуга даже если кинулся вперед, хотел пас поймать. Я его, понятное дело, даже если неграмотный коснулся, зато поднялся вместе с пучком травы нет слов рту, на правах корова, да замычал: «Мууууу!» В оный с утра до ночи вперёд смотрящая Лельевр описалась с смеха, а меня оставили для двум часа задним числом уроков… Но деяние того стоило.

А отчислили меня с подачи коня. Самое интересное, который в кои-то вежды мы безвыгодный валял дурака. Надо было махнуть после эту кожаную махину не без; ручками, и, рано или поздно пришла моя очередь, пишущий эти строки маленько недопрыгнул равным образом пугающе страсть до чего ушиб себе… ну… в общем, вам понимаете, насчёт нежели моя персона говорю… Пипиську расплющил, короче. Ясное дело, ребята подумали, зачем моя персона притворяюсь равным образом ору «У-у-у-у-у-ййййййййй!». ради их посмешить, а Берлюронша поволокла меня прямиком для директрисе.




Я через боли напополам согнулся, же неграмотный плакал.

Не хотел делать им такого удовольствия.

Родители в свою очередь ми малограмотный поверили, а в отдельных случаях узнали, что такое? меня сверх того шуток выгнали, так моя взяла. Раз в жизни они орали никак не дружок нате друга, а разом бери меня равным образом быстро отвели душу.




Когда они под конец отпустили меня в мою комнату, мы закрыл портун да сел нате пол. А далее сказал себе: «Одно изо двух. Можешь простереться возьми кроватища равным образом реветь. Есть повод: бытье у тебя дерьмовая, да самовольно твоя милость полное дерьмо, и. разве безотлагательно умрешь, во всем бросьте токмо лучше. А можешь вскочить да что-нибудь смастерить». В оный бал моя персона ес чудо-юдо с всякой дребедени, которую подобрал получи и распишись стройке, равным образом назвал его «Чучело-Берлючело».

Не произносить с целью беда умно, самовольно знаю. Но ми полегчало, возьми хоть подушку неграмотный промочил.




Только безраздельно особа меня в таком разе утешал — мои дедушка. Оно равно неудивительно, благодаря чего ась? дедушка, старичок Леон, во всякое время меня утешал: из тех пор как бы автор научился ходить, симпатия стал бросать меня в собственный закуток.

Закуток деда Леона — сие все моя жизнь. Мое пристань равно моя грот Али-бабы. Когда дедилка начинает нас сколько-нибудь доставать, спирт наклоняется ко ми равно шепчет бери ухо:

— Что, Грегуар, отнюдь не размяться ли нам не без; тобой в Леонленд?

И автор в медленном темпе смываемся почти бабушкино ворчание:

— Давай, давай! Задуривай голову малышу…

А второгодок пожимает плечами:

— Да соглашаться тебе, Шарлотта. Мы вместе с Грегуаром уединяемся, нам надлежит со спокойной совестью подумать.

— О нежели сие ваша милость будете думать, интересно?

— Я — что касается своей жизни, которая позади, а Грегуар — насчёт своей, которая впереди.

Бабушка отворачивается равно бормочет, зачем полегче бы ей оглохнуть, нежели слышать такое. На почто старая песочница во всякое время отвечает:

— Душа моя, твоя милость да в такой мере сейчас оглохла.




Мой дедка Леон — ёбаный но спец сверху по сию пору руки, по образу равно я, всего у него для тому а пока что равно котелок варит. В школе дьявол был отличником, первым в классе по части во всем предметам и, посередь прочим, признался ми однажды, сколько отродясь неграмотный сидел следовать учебниками сообразно воскресеньям («Почему?» — «Да нетрудно неграмотный хотел, да все»). Он был первым соответственно математике, соответственно французскому, в области латыни, до английскому, в области истории — по части по всем статьям предметам, честное слово! В семнадцать парение некто поступил в Высшую политехническую школу, а это, в лоне прочим, самый запутанный высшая школа изумительный Франции. А далее дьявол строил всякие колоссальные штуки: мосты, транспортные развязки, туннели, плотины. Когда мы спрашиваю, сколько то есть дьявол делал, старичок зажигает затухнувший недокурок равно принимается думать вслух:

— Трудно сказать. Я ни в жизнь дельно невыгодный знал, вроде называлась моя должность…

В общем так: ми показывали чертежи, воеже моя особа сказал свое взгляд — рухнет каста хренотень не так — не то нет.

— И все?

— И все, равным образом все… Это отнюдь не круглым счетом быстро мало, парень! К примеру, скажешь «нет», а плотинка возьмет верно да рухнет — поэтому сядешь в лужу, олигодон поверь мне!

Дедов закуток — сие место, идеже ми не чета токмо получи свете. Хотя, казалось бы, сколько в дальнейшем такого особенного — сараюшка изо досок равно листового семенник в углу сада, по зиме в ней холодно, в летнее время жарко. Я стараюсь забегать тама вроде позволяется чаще. Что-нибудь смастерить, брать инструментарий иначе деревяшку, посмотреть, как бы работает старичишка Леон (он неотложно делает получи и распишись индент ширма к ресторана), посоветоваться не без; ним огонь легко посидеть. Мне на этом месте нравится, мое сие место, чисто равно все. Помните, ваш покорный слуга говорил. что-нибудь ото запаха школы меня тошнит? Так вот, тогда — наоборот: входя в эту захламленную — безвыгодный обратиться — сараюшку, пишущий эти строки раздуваю ноздри, так чтобы поглубже надышаться дух счастья. Запах горячей смазки, электронагревателя, пайки, клея, табака да уже многого всякого. Обалденно. Я сыздавна решил, что-нибудь когда-нибудь выделю текущий вонь в чистом виде, создам пачули равным образом назову их «Закуток».

Чтобы нюхать, при случае становится хоть головой бейся ото этой жизни.




Когда ваш покорный слуга в начальный крат остался держи другой год, мои второгодок Леон, узнав об этом, посадил меня держи колени да рассказал сказку оборона зайца равным образом черепаху. Я ужас недурно помню, как бы сидел, прижавшись для нему, равным образом какой-никакой любезный у него был голос.

— Вот видишь, малыш, шишка на ровном месте равно гроша ломаного безвыгодный поставил бы нате эту несчастную черепаху, олигодон отчаянно неспешно возлюбленная ползла… И во всяком случае симпатия пришла первой… А знаешь почему? Потому в чем дело? черепашка была молодец, упорная да трудолюбивая. Ты однако в свой черед такой, Грегуар… Я-то знаю, автор этих строк видел тебя вслед работой. Видел, по образу твоя милость бесконечно сидишь малограмотный шелохнешься, если шлифуешь деревяшку или — или макеты приманка раскрашиваешь… Ты таковой но молодец, как бы сия черепаха.

— Но в школе нам далеко не задают нисколько шлифовать! — прорыдал мы в ответ. — Нам задают только лишь такие штуки, которые у меня никак не получаются!



Когда старичишка узнал оборона шестой класс, сие был капли прочий разговор.

Я пришел для ним, на правах обычно, а симпатия что-то безграмотный ответил держи мое «здравствуй». Поели ты да я молча, затем кофейло-помойло некто по образу примерно да далеко не собирался никуда выходить.

— Дед?

— Что?

— Пойдем в закуток?

— Нет.

— Почему?

— Потому аюшки? аз многогрешный узнал через твоей мамы скверную новость.

— …

— Я тебя отнюдь не понимаю! Ты ненавидишь школу равным образом делаешь все. дабы опоздать в ней как бы не грех дольше…

Я молчал.

— Ведь безвыгодный эдакий но твоя милость все же тупой, каким тебя считают! Или такой?

Голос у него был сердитый.

— Да.

— Ох, вытерпеть сего отнюдь не могу! Конечно, несложно себя сказать, что-то твоя милость ни сверху почто безвыгодный годен, так чтобы ни ложки отнюдь не делать! Еще бы! Таким медянка автор уродился! Куда на правах просто! А подалее что? Какие твои планы? Останешься получай второстепенный бадняк в седьмом, восьмом, девятом, равным образом если бы повезет, так сертификат получишь ко тридцати годам!

Я теребил уголочек диванной подушки, безвыгодный решаясь дополнить глаз.

— Нет, правда, невыгодный понимаю моя особа тебя. В общем так, нате деда Леона можешь пуще никак не рассчитывать. Я люблю самостоятельных людей, которые умеют выцарапывать своих целей, понятно? Терпеть никак не могу лодырей, которые только лишь равно знают, ась? жаловаться, равно сверх того вылетают с школы ради плохое поведение! С ума сойти! Лоботряс равным образом второгодник! Отличная картина! Поздравляю! Подумать только, а я-то издревле тебя защищал… Всегда! Родителям твоим говорил, аюшки? в тебя верю, оправдывал тебя, ей-ей до этих пор да потакал! Вот сколько ваш покорнейший слуга тебе скажу, дружок: несчастным присутствовать куда-нибудь легче, нежели являться счастливым, а мы малограмотный люблю, слышишь, далеко не люблю людей, которые ищут легких путей. Не выношу нытиков! Будь счастливым, нечистый дух побери! Делай что-нибудь, так чтобы бытийствовать счастливым!

Он где-то кричал, ась? закашлялся. Прибежала бабушка, а ваш покорнейший слуга тихонько выскользнул в сад.



Пошел я, конечно, в закуток. Мне было весть холодно. Я сел держи ржавую канистру равно стал думать, как бы а ми как например что-то в жизни добиться.

Я бы по сию пору сделал, ей-ей всего-навсего в качестве кого строить, разве пропал ни чертежей, ни материалов, ни инструментов, ничего. Только бедственность получи и распишись сердце, с которой аж облиться слезами невыгодный получается. Своим перочинным ножом ваш покорный слуга нацарапал серия слов получи и распишись дедовом верстаке да ушел в дом, малограмотный попрощавшись.



Дома был скандал, дольше, погромче да тошнее обычного. Кончался июнь, равно ни в единовластно коллеж из сентября меня думать невыгодный хотели. Родители рвали букли возьми себя равным образом кореш нате друге. Сил малограмотный было сие выносить. А моя персона лишь только сжимался из каждым днем, в надежде меня не в таковой мере замечали. Я говорил себе, аюшки? если бы приближенно уменьшаться, уменьшаться, ведь не грех в конце концов совершенно исчезнуть, равно в то время постоянно проблемы отпадут самочки собой. Исключили меня 01 июня. Поначалу аз многогрешный целыми в недалеком будущем торчал дома. С утра смотрел Пятый арык alias «Телемагазин» (там такие выкрутасы бывают, в «Телемагазине», не без; ума сойти!), в дальнейшем обеда перечитывал старые комиксы тож собирал помалу головоломку изо 0000 деталей, сувенир тети Фанни.

Но растянуто моя особа в такой мере безграмотный выдержал. Захотелось на худой конец чем-нибудь найти применение руки… Я стал разглядывать здание для наука того, воеже что-нибудь улучшить. Мама сплошь и рядом жаловалась присутствие ми сверху вершина мира глажки равно говорила, ась? ее призрак — отутюживать сидя. Вот автор равным образом взялся принять решение эту задачу. Разобрал ножки гладильной доски — дальше был упор, равно учинить ее подалее никак не получалось, — высчитал нужную высоту равным образом установил доску нате хорошо деревянные ножки, что ординарный стол. Потом отвинтил колесики через старого сервировочного столика — мы ес его наперекор на флэту неделю взад — да приладил их ко стулу, получай котором века десятая спица безграмотный сидел. Еще равно подставку про утюга переделал, поелику сколько мамуся новобрачный купила новый, второй модели, здоровенный «Мулинекс» не без; пароувлажнителем, равно моя персона сомневался, сколько бабушка штатив его выдержит. На сие у меня ушло полных пара дня. Потом пишущий эти строки принялся из-за сердце газонокосилки. Разобрал его полностью, путем почистил равным образом в который раз собрал соответственно винтику. Косилка завелась вместе с пол-оборота. Отец меня отнюдь не слушал, а я-то знал, зачем отнюдь не должно шоферить ее в ремонт, целое без затей ради грязи.




В оный бал в доме дышалось малость полегче. Мама приготовила держи пир гренки не без; ветчиной, сыром равным образом яйцом, мои любимые, чаятельно во вкусе в награду, а батюшка неграмотный стал переключать телевизор.

Он да заговорил первым:

— Самое обидное, сынок, что-то твоя милость все же с него это станется парень… Ну равным образом что-нибудь прикажешь вместе с тобой делать, как бы тебе помочь? Учиться твоя милость невыгодный любишь, почто да, ведь да. Но поперед шестнадцати полет с школы никуда малограмотный денешься, сие твоя милость знаешь?

Я кивнул.

— Получается безнравственный круг: нежели слабее твоя милость занимаешься, тем пуще ненавидишь школу, а нежели чище твоя милость ее ненавидишь, тем в меньшей мере занимаешься… Как думаешь изо него выбираться?

— Подожду предварительно шестнадцати равным образом пойду работать.

— Размечтался! Кто тебя возьмет?

— Никто, знаю, ваш покорнейший слуга буду придумывать всякие фантазия равно лично их делать. Много денег ми неграмотный надо, проживу как-нибудь.

— Bот сие твоя милость зря! Конечно, малограмотный в обязательном порядке состоять зажиточнее дядюшки Пиксу изо комиксов, да денег тебе понадобится больше, нежели твоя милость думаешь. Придется а расхватать инструменты, мастерскую, грузовик… правда всего ничего ли зачем еще! Ну ладно, оставим эту тему, безотлагательно малограмотный деньжонки меня волнуют. Поговорим самое лучшее об твоей учебе… Нет, Грегуар, безграмотный кривись, постойте получай меня, пожалуйста. Ничего у тебя неграмотный получится помимо минимума знаний. Представь себе, изобрел твоя милость отчего-то сногсшибательное. Так тогда должно а вручить патент, верно? И настрочить его, посреди прочим, возьми грамотном французском языке… И потом, думаешь, сделал, принес — равно и делу конец дело? Нужны схемы, чертежи, расчеты, не то от тобой ни одна душа да калякать отнюдь не будет, а твое находка кто-нибудь украдет в банан счета…

— Ты думаешь?

— Я невыгодный думаю, автор знаю.

От лишь сего ми отсюда следует малограмотный по части себе: в глубине души пишущий эти строки понимал, который батя прав.

— Я отчего спросил, который у меня уж очищать одно изобретение, оно могло бы поставить меня получи всю жизнь, равно моих детей тоже, равным образом аж вас…

— Что а твоя милость изобрел? — улыбнулась мама.

— А ваш брат тайну содержать умеете?

— Да, — ответили кони хором.

— Поклянитесь.

— Клянусь.

— Я тоже.

— Нет, мам, скажи «клянусь».

— Клянусь.

— Ну вот… Это такие ботинки, специальные, чтоб подвигаться за горам… Со съемным каблуком. Ты его прикрепляешь, в качестве кого обычно, про подъема, держи ровном месте снимаешь, а так чтобы спуститься, заново прикрепляешь, всего-навсего спереди, идеже пальцы, тут-то будешь безвыездно минута хранить равновесие…

Родители покивали.

— В этом вещь есть, — сказала мама.

— Если угостить сие спортивным магазинам. «Декатлону», например…

Мне было приятно, который они заинтересовались, что такое? принимают меня всерьез. Но священник совершенно испортил, добавив:

— Только, дай тебе сломить бери твоем зуде, придется тебе подналечь в математику, информатику равно экономику… Вот видишь, автор вдругорядь вернулись ко тому же…

Искал мы себя профессия поперед конца июня. Новым соседям помог расчистить сад. Я выполол тама столько сорняков, почто щупальцы у меня распухли равным образом позеленели. Как у Халка.

Соседей звали господин да мадемуазель Мартино. У них был сынок Шарль, сумме получи и распишись година старее меня, да моя особа вместе с ним безграмотный подружился. Он безграмотный отлипал ото своих компьютерных игр равно каких-то дурацких комиксов, а кабы заговаривал со мной, так в обязательном порядке спрашивал одно да так же: в который категория автор пойду бери последующий год. Меня сие початок несколько доставать.

Мама все еще висела возьми телефоне в поисках учебного заведения, которое оказало бы нам великую доверие равным образом согласилось бы приобрести меня в сентябре. Каждое утро ты да я выгребали с почтового ящика тонны рекламных проспектов. Яркие фотографии сверху глянцевой бумаге расхваливали совершенства того иначе иного коллежа.

Это было со вкусом — равно обманчиво насквозь. Я листал их, качая головой, равным образом думал: интересно, наравне сие ухитрились сфотографировать улыбающихся учеников? То ли им заплатили, в таком случае ли сообщили, аюшки? их профессор французского свалился в пропасть. Только одна гимназия ми понравилась, только находилась возлюбленная в каком-то Петаушноке-лез-Уа по-под Балансом. Ученики возьми фотографиях неграмотный сидели после партами равно малограмотный лыбились в камеру. На одном снимке ребята пересаживали растения в оранжерее, получи и распишись другом распиливали дощечки вслед верстаком равно даже если далеко не думали ухмыляться — они были заняты делом. Выглядело здорово, только сие был инженерный лицей. В животе вдругорядь заныло.

Месье Мартино нашел ми предложение: помочь ему покарябать в доме старые обои, следовать плату. Я согласился. Мы дружно поехали в прокатную фирму «Килуту» да взяли неудовлетворительно паровых насоса. Его баба со Шарлем укатили отдыхать, мои старики были для работе. Никто нам никак не мешал.

Мы поработали получи славу, же в духе но умотались! Главное, век стояли самые жаркие. Вкалывать в клубах пара, если нате улице 00 градусов в тени, — это, скажу моя особа вам… Настоящая сауна! Я выпил пива, центральный однова в жизни, оказалось — подстава страшная.

Дед Леон зашел сделать визит меня да вызвался нам помочь. Месье Мартино был в восторге. «Мы рабочая сила, а смотри вы, мосье Дюбоск, вас — мастер…» Понятное дело, дед-то занялся деликатными вопросами водопровода равным образом электричества, нонче ты да я обливались в дальнейшем равно ругались получай нежели аристократия стоит.

Месье Мартино то и дело говорил так: « дерьмус-дерьма-дерьмум-дерьморум-дерьмис-дерьмис» (это самую малость изо латыни).




Кончилось тем, сколько старики определили меня в коллеж Жан-Мулен, в двух шагах с дома. Сперва-то они никак не хотели, воеже автор этих строк со временем учился, благодаря этому который слава у него нехорошая. Уровень никакой, равно кроме того у учеников отнимают денежки равно вещи, хотя всего-навсего немного погодя равным образом согласились меня принять, таково в чем дело? выбора совершенно в одинаковой степени малограмотный было. Они подали тама мои документы, а ми пришлось поссать сняться в «Фотоматон». Вид у меня был возьми сих фотках — жуть. То-то обрадуются в коллеже Жан-Мулен: придет в шестой категория тринадцатилетний дубина вместе с руками Халка равным образом рожей Франкенштейна… Хорошенькое приобретение, нет смысла сказать!

Июль пролетел возьми всех парах. Я научился отдирать обои. Научился рубить рулоны бери куски (заодно дисфемизм «рулон» выучил!) равным образом смазывать клеем. Научился точно их раскатывать, подбирать края да проглаживать валиком, ради никак не было пузырей. В общем, беда сколько чему научился. Смело могу сказать, ась? об эту пору ваш покорный слуга летчик в том, что-то касается клея «Перфакс» равно обоев в полосочку. Еще автор этих строк помогал деду разбирать электрические кабель равным образом проверять, вкушать ли ток.

— Горит?

— Нет.

— А так?

— Нет.

— Черт. А так?

— Есть.

Я делал сэндвичи шестьдесят сантиметров длиной, красил двери, менял пробки да слушал за радиопередача «Умников» предварительно посинения. Целый месяц. Счастливый месяц.

Вот бы эдак да ниже жить, в сентябре автор начал бы улучшение в другом доме, у другого хозяина… Я думал об этом, кусая бутерброд не без; колбасой: уже три возраст протомиться — равным образом хелло честной компании.

Три лета — сие долго.




И сызнова одна безделушка невыгодный давала ми покоя — гигиея дедушки. Он до сей времени чаще кашлял, всегда длительнее безвыгодный был способным отдохнуть да так равно занятие присаживался. Бабушка взяла из меня зарок никак не санкционировать ему курить, только пишущий эти строки неграмотный был в силах от ним сладить. У него был безраздельно ответ:

— Не лишай меня сего удовольствия, Тотоша. Потом-то как-никак помру.

Мне через сих слов рыдать хотелось.

— Нет, Тотоша, через сего удовольствия твоя милость как бы разок равным образом помрешь!

Дед посмеивался:

— С каких сие пор твоя милость себя позволяешь давать имя меня Тотошей, а, Тотош?

Когда симпатия приблизительно ми улыбался, ваш покорный слуга понимал, который сие человек, которого моя особа люблю значительнее всех получай свете, да почто симпатия безграмотный имеет компетенция умирать. Никогда.

В конечный дата мсье Мартино пригласил нас от дедом в неплохой ресторан, да затем капуцин они выкурили за большущей сигаре. Видела бы сие бабушка, ваш покорный слуга даже если пораскинуть мозгами боялся, на правах бы возлюбленная огорчилась…

Когда пишущий сии строки прощались, шабер протянул ми конверт:

— Держи. Ты их заработал…




Я отнюдь не стал отверзать оболочка сразу. Открыл его дома, у себя в комнате, получи и распишись кровати. Там было двести евро. Четыре оранжевые бумажки… Я обалдел: ввек в жизни мы ажно далеко не видел столько денег сразу. Мне безграмотный желательно ни ложки баять родителям, а так бы они меня достали, с тем положил денежка возьми сберегательный счет. Я спрятал их в такое место, идеже никому невыгодный пришло бы в голову искать, да стал думать, думать, думать…

Что а так-таки ми нате них купить? Двигатели для того моих макетов? (Стоит это… никак не скажу, сколько.) Комиксы? Конструктор «Сто необычайных сооружений»? Крутую кожаную куртку? Бошевскую электроножовку?

От сих четырех бумажек у меня вершина шла кругом, и, в отдельных случаях 01 июля автор уезжали сверху перерыв равно закрывали дом, пишущий эти строки часа один вместе с половиной малограмотный был способным успокоиться, всё-таки искал тайничок понадежнее.

В точности вроде мамашенька — симпатия также металась в области комнатам не без; бабушкиными серебряными подсвечниками в руках. Наверно, получи нас обеих смехотворно было смотреть. А воры, наверно, однако в одинаковой степени хитрее нас…




Про оный серпень околесица особенного пишущий эти строки вы невыгодный расскажу. Для меня спирт был длинным равно скучным. Родители, во вкусе делали первый попавшийся год, сняли квартиру в Бретани, а я, что равно отдельный год, полагается был создавать задания держи лето. Много-много страниц в яснополянский мудрец тетради.

Пропуск в шестой класс. Скоро в школу.




Я бесконечно сидел, грыз ручку да смотрел держи чаек. Я мечтал, по образу превращусь в чайку. Мечтал, на правах полечу ко бело-красному маяку, во-он туда. Мечтал, что подружусь от ласточкой да в сентябре, например, четвертого — может статься бы на беду в день-деньской основания занятий! — да мы от тобой сообща улетим в теплые края. Я мечтал, вроде наша сестра будем катиться по-над океаном, наравне мы…

Тут автор этих строк тряс головой, в надежде вернуться ко действительности.



Я перечитывал задачу с учебника математики, какую-то чушь относительно мешки от известкой, да ещё раз мечтал: зачем ежели моевка сядет для обстановка задачи… Шлеп! И вонючая белая головка капля расплывается за странице.

А как много общем ваш покорнейший слуга был в состоянии бы проделать вместе с взяв семь раз мешками известки…

В общем, мы мечтал.

Родители вслед моими занятиями безграмотный очень-то следили. У них опять-таки также были каникулы, да им отнюдь не желательно исковеркать себя кровь, разбирая мои каракули. Все, сколько ото меня требовалось, — каждое утро оседать после начертанный кассореал равно сидеть, приклеившись раком ко стулу, накануне обеда.

Толку с сего был ноль. Я заполнял страницы проклятой тетради рисунками да чертежами сам объединение себе другого бредовее. Мне далеко не было скучно, нетрудно безвыездно равно. Быть на этом месте не в таком случае — не то эдак еще, думал я, какая разница? И единаче автор думал: присутствовать иначе безвыгодный быть, на этом месте иначе говоря нигде, какая разница? (Как видите, в математике ваш покорнейший слуга дуботряс дубом, зато не без; философией положение обстоят получше!)




После обеда автор этих строк ходил получай берег со мамой либо со отцом, хотя отроду не без; обоими вместе. Это равно как входило в их каникулы: кайфовать кореш через друга. Вообще, черт знает что малограмотный так происходило в среде моими родителями. То равно мастерство какие-то намеки, замечания, подковырки, в дальнейшем которых в доме воцарялось гробовое молчание. Наша дом каждое утро вставала отнюдь не со праздник ноги. А аз многогрешный мечтал, с тем следовать завтраком было весело, вроде в рекламе: «Йо-о-огур-ты «Э-э-эрман!» Но, в качестве кого говорится, уноситься в мечтах безвыгодный вредно.



Когда пришло минута паковать чемоданы да прибирать дом, ми почудился дых облегчения. Идиотизм. Потратить кучу деньжищ, катить в такую даль, с намерением всю отойди желать домой… Скажете, отнюдь не идиотизм?




Мама извлекла с тайника близкие подсвечники, а ваш покорнейший слуга — близкие деньги. (Теперь могу сказать: моя особа скатал их в трубочку равным образом засунул в туловище автомата мой старого «экшн-мена»!) Бумажки пожелтели, равно в животе у меня снова заныло.

В общем, сделай так ваш покорнейший слуга в коллеж Жан-Мулен.

Я оказался далеко не самым старшим в классе да ажно безвыгодный самым тупым. Особо аз многогрешный безграмотный напрягался. Сидел в уголке, помалкивал равным образом избегал попадаться здоровенным лбам-заправилам. Про кожаную куртку пришлось забыть: сомнительно ли автор бесконечно проносил бы ее здесь… Меня свыше неграмотный рукоятка таково через школы — за пирушка безыскуственный причине, что-нибудь моя персона видать да неграмотный в школу ходил. Мне казалось, ваш покорный слуга хожу получай площадку молодняка, идеже из утра накануне вечера резвятся двум тысячи зверенышей. Я погружался в спячку. Приходил в безвыходность ото того, вроде другие одноклассники разговаривали со учителями. Старался в меньшей степени высовываться. Считал дни.

В середине октября мамино снисхождение лопнуло. Она безвыгодный могла более выдерживать отсутствия в моем классе учителя французского (или учительницы, моя особа этак равно никак не узнал!). Не могла вяще воспитывать мой словарного запаса, говорила, аюшки? пишущий эти строки глупею дата от дня. Что ми как влитой трава жевать. Она безвыгодный понимала, благодаря этому ми отроду неграмотный ставят отметок, равным образом впадала в истерику, от случая к случаю приходила вслед за мной в высшая оценка вечера да видела, по образу мои ровесники курят травку по-под аркадами торговой галереи.

Короче, в доме вторично скандал. Скандалище. Слезы, вопли да нюни рекой.

И равно как результат — пансион.

Проругавшись единый вечер, мои черепки объединение обоюдному согласию решили отослать меня в пансион. Супер.

Всю ночка пишущий эти строки стискивал зубы.

Назавтра была среда. Я поезжай для бабушке равным образом деду. Бабушка пожарила молодую картошку, как бы автор этих строк люблю, а домовой Леон по сию пору хотел ми самую малость сообщить равно безграмотный решался. Обстановочка была в качестве кого возьми похоронах. После мокко ты да я почесали ко нему в закуток. Дед сунул в рыло сигарету, так малограмотный зажег.

— Я бросаю, — сказал он. — Не из-за своего здоровья, непосредственно понимаешь, всего лишь про моей зануды жены…

Я улыбнулся.

Потом предок попросил меня помочь ему отвернуть петли ко дверцам; равно смотри тогда-то, при случае у меня напоследках были заняты растопырки равным образом голова, спирт заговорил со мной, приятно так, ласково:

— Грегуар?

— Да.

— Тебя, моя особа слышал, в отель отправляют?

— …

— Тебе невыгодный хочется?

— …

Я молчал. Не хотел разгонять нюни, вроде в оный раз, отнюдь не ничтожный уже.

Он забрал изо моих рук створку, которую автор держал, отложил ее в сторонку равно взял меня вслед подбородок, ради автор посмотрел сверху него.

— Послушай меня, Тотоша, послушай хорошенько. Я фактически знаю больше, нежели твоя милость думаешь. Я знаю, равно как твоя милость ненавидишь школу, и, что-то творится у тебя дома, как и знаю. То поглощать неграмотный в таком случае с целью знаю, а догадываюсь. Я имею в виду твоих родителей… Представляю, вона тебе приходится…

Я кусал губы.



— Грегуар, поверь, пишущий эти строки хочу тебе добра, сие так-таки была моя мысль не без; пансионом, сие ваш покорный слуга заронил ее в голову твоей мамы… Не видишь держи меня так. Для тебя но довольно самое лучшее сверху времена уехать, развеяться, разобрать вещь новое. А так черепа тебе решительно веять далеко не дают. Ты их одиночный сын, все, что-нибудь у них в жизни есть, сверкание в окошке. Они самочки безвыгодный понимают, по образу весьма тебе вредят тем, аюшки? жирно будет многого с тебя ждут. Нет, никак не понимают. И думаю, однако сызнова сложнее… Им бы первоначально собственные проблемы решить, накануне нежели получай тебя набрасываться. Я… Ох, нет, Грегуар, чисто сего невыгодный надо! Не надо, малыш, моя персона малограмотный хотел тебя огорчать, автор этих строк лишь только хотел, с тем ты… Да зачем а сие такое, дьявол возьми! Я даже если неграмотный могу дать место тебя получай колени, такого большого! Постой, убери-ка руки, давайте аз многогрешный самолично сяду ко тебе получи и распишись колени… Ну неграмотный надо, никак не плачь. А так моя особа сам по себе заплачу…

— Я безграмотный плачу, дедушка, сие без затей зажор выливается…

— Ах ты, муж малыш, моего большущий малыш… Ну все, все. Успокойся, дайте успокоимся. Надо завершить настоящий шкафчик пользу кого Жозефа, автор сих строк но хотим узнать деликатесов… На, держи отвертку.

Я высморкался в рукав.

А потом, впоследствии долгого молчания, рано или поздно пишущий эти строки сейчас привинчивал вторую дверцу, дедка добавил:

— И вона единаче что, последнее, лишше автор из тобой об этом баять неграмотный буду. Это ужас важно, в чем дело? автор хочу тебе сказать,… Я хочу тебе сказать, в чем дело? цапаются-то твои черепа никак не по вине тебя, нет. Дело в них самих равно исключительно в них. Ты неграмотный виноват, твоя милость тутовник ни близ чем, слышишь? Совершенно ни рядом чем. Скажу тебе больше: пусть даже прощай твоя милость круглым отличником равным образом первым учеником в классе, они по сию пору так же бы цапались. Им всего-навсего пришлось бы выкопать видоизмененный повод, вишь да все.

Я околесица безграмотный ответил. Взял кисточку равно нанес первоначальный пласт лака возьми Жозефов шкафчик.



Когда ваш покорный слуга пришел домой, отец с матерью сидели, обложившись проспектами, равно черт знает что подсчитывали для машинке. Если бы в жизни было по образу в комиксах, автор этих строк увидел бы надо их головами клубы черного дыма. Я выдавил изо себя «Здрасьте» равным образом хотел шмыгнуть в свою комнату, так меня остановили:

— Грегуар, вероятно сюда.

По голосу моя особа понял, что-то батюшка малограмотный расположен шутить.

— Сядь.

Я сел, думая, по-под каким соусом меня держи настоящий присест будут есть…

— Как твоя милость знаешь, автор со мамой решили отослать тебя в пансион.

Я опустил глаза. В голове мелькнуло: «В кои-то вежды вам как например в чем-то согласны! Наконец-то. Жаль только, ась? в этом, могли бы домыслить что-нибудь получше…»

— Я понимаю, тебя каста мысль никак не вдохновляет, хотя урок безвыгодный обсуждается. Мы зашли в тупик. Ты бьешь баклуши, тебя исключили изо школы, тебя никуда неграмотный принимают, а магистратский коллеж — неграмотный вариант. Выбирать далеко не приходится… Но твоя милость ой ли ли знаешь, как бы втридорога сие стоит. Ты вынужден понимать, в чем дело? нам придется напружиниться из-за тебя, ужас чрезвычайно напрячься…

Я усмехнулся ради себя: «О сколько вы… неграмотный стоит! Вот спасибо-то! Спасибо, Ваша щедрость. Вы где-то добры. Позвольте, Ваша щедрость, приникнуть ко вашим ногам!»

А папа продолжал:

— Ты неграмотный хочешь узнать, идеже будешь учиться?

— …

— Тебе совершенно равно?

— Нет.

— Так вот, подумай себе, автор сих строк самочки временно невыгодный знаем. Задачка, скажу моя особа тебе, подходящего размера голову сломать. Мама полдня просидела получи и распишись телефоне — да всегда помимо толку. Нужно сыскать такую школу, несравнимо тебя согласились бы получить в центре учебного года, и…

— Я смотри после этого хочу учиться, — перебил пишущий эти строки отца.

— Где сие «вот здесь»?

Я пододвинул ему буклетик, тот, идеже возьми фотке ученики работали ради верстаком. Мама надела очки:

— Где это? Тридцать километров ко северу через Баланса… Технический лицей Граншан… Но нам-то нужен коллеж…

— Коллеж близ нем в свою очередь есть.

— Откуда твоя милость знаешь? — удивился отец.

— Я тама звонил.

— Ты?!

— Ну да, я.

— Когда?

— Еще до каникулами.

— Ты?! Ты тама звонил? Зачем?

— Так просто… хотел узнать.

— И что?

— Ничего.

— Почему а твоя милость нам отнюдь не сказал?

— Потому сколько всегда равняется синь порох безграмотный получится.

— Почему сие безграмотный получится?

— Потому почто они принимают соответственно успеваемости, а какая у меня успеваемость? Моим табелем исключительно что-то печку топить…

Родители молчали. Папа изучал программу лицея Граншан, а мамусенька вздыхала.

На нижеследующий число автор сделай так в школу, во вкусе обычно, равным образом сквозь с утра до ночи тоже, равно посредством два.

Теперь пишущий эти строки понимал, зачем стало «перегореть». Именно сие со мной произошло. Я перегорел. Что-то в ми погасло, равным образом целое выходит безразлично.

Я ни ложки малограмотный делал. Ни что до нежели безвыгодный думал. Ничего безвыгодный хотел. Ни-че-го. Я сгреб постоянно домашние «Лего» в картонную коробку равным образом отдал их Габриэлю, двоюродному братишке. Дома аз многогрешный только лишь равным образом делал, сколько смотрел телевизор. Километры да километры клипов. Я до второго пришествия лежал получи кровати. Ничего малограмотный мастерил. Мои цыпки висели плетьми по мнению обе стороны ото тощего туловища. Иногда ми казалось, что-нибудь они мертвые. Переключать каналы правда разверзать бутылки — ужели что-нибудь нате сие они до сей времени годились.

Я своевольно себя опротивел, ваш покорный слуга превращался в идиота. Мама права: пока что немного, равным образом моя особа начну пережевывать вслед за обедом сено.

Даже ко деду вместе с бабушкой ми далеко не хотелось. Они хорошие, же ничто безвыгодный понимают.

Старые слишком. II потом, идеже деду осмыслить мои проблемы? Он-то постоянно был отличником. Проблемы — спирт инда далеко не знает, что-нибудь сие такое. О родителях аз многогрешный заключая молчу. Они ажно никак не разговаривали дружище вместе с другом. Зомби безусловно равно только.

Меня что-то около да подмывало встряхнуть их хорошенько, сейчас вытрясу… Что? Не знаю.

Слово, улыбку, жест? Что-нибудь.

Я валялся, уставясь в телевизор, вроде глядишь зазвонил телефон.

— Что сие ты, Тотоша, забыл меня?

— Э-э… Я, наверно, невыгодный приду сегодня, хоть сколько-нибудь невыгодный хочется…

— Как так? А Жозеф? Ты обещал, который поможешь ми свезти ему шкафчик!

Упс! Совсем изо головы вылетело.

— Я сейчас, ранее иду. Извини!

— Нет проблем, Тотоша, несть проблем. Шкафчик никуда отнюдь не убежит.

Жозеф в взятка угостил нас по-королевски. Я съел бифштекс по-татарски величиной вместе с Везувий равно ко нему целую гору всякой вкуснятины: после этого были каперсы, лук, травки, рдяный перец… Умм… Дед Леон поглядывал в меня да улыбался:

— Одно отрада в тебя смотреть, Тотоша. Скажи благодарность своему старому деду, сколько симпатия момент ото времени тебя эксплуатирует: примерно наешься до самого отвала.

— А ты? Почему твоя милость ни плошки малограмотный ешь?

— Я-то?… Да я, знаешь, неграмотный успел проголодаться… Твоя бабулька меня обкормила ради завтраком…

Я знал, сколько возлюбленный врет.



А попозже нам показали кухню. Я обалдел, увидев, какие после кастрюли равно сковородки — огромные! И здоровенные половники, равным образом деревянные ложки, в большинстве случаев как подтертый медный пятак возьми катапульты, да десятки ножей, разложенных согласно ранжиру, остро-преостро наточенных.

Жозеф подозвал нас:

— Познакомьтесь-ка! Это Тити! Наш новенький… Славный мальчуган. Уж пишущий эти строки его вышколю, а потом, сквозь годик-другой, сии мишленовские олухи набегут семо вроде мухи для мед, сие моя персона вы говорю! Ты который далеко не здороваешься, Тити?

— Здрасьте.

Он чистил картошку — наверно, миллиончик килограммов. Вид у него был довольный.

Ног безвыгодный что ль подина горой очисток. Я смотрел в него равным образом думал: «Шестнадцать лет… Ему-то во почто бы ведь ни стало сделано исполнилось…»



Высаживая меня у дома, предок Леон сызнова крат повторил:

— Ну этак сделаешь, в качестве кого договорились?

— Угу.

— Наплюй получи и распишись ошибки, получи стиль, нате кровный нескладный жанр — бери всё-таки наплюй. Просто почто нате душе, в таком случае равно напиши, ладно?

— Угу…



Я сел ради письмище в оный но вечер. Хоть некто да говорил «наплюй», моя персона так-таки порвал одиннадцать черновиков. А письмо-то получилось нимало короткое…

Вот оно, моя особа переписал его чтобы вас.

«Уважаемый заправила школы Граншан!

Я аспидски хотел бы зубрить в Вашей школе, хотя знаю, что такое? сие невозможно, оттого что-то у меня ахти плохая успеваемость.

Я видел в рекламе Вашей школы, сколько у Вас снедать слесарные да столярные мастерские, сортир информатики, теплицы равно весь такое.

Я думаю, ась? отметки — малограмотный самое основа основ в жизни. По-моему, превыше знать, что-что твоя милость в жизни хочешь.

Мне не терпится проходить у Вас, вследствие чего ась? в Граншане ми довольно скорее всего, — что-то около мы думаю. Я никак не весть упитанный, умереть и невыгодный встать ми 05 кило надежды.

Всего хорошего, Грегуар Дюбоск.

P. S. № 1: Я стержневой крат в жизни прошусь в школу, самолично невыгодный пойму, сколько сие со мной, наверно, заболел.

P. S. № 2: Посылаю Вам чертежи машинки чтобы чистки бананов, которую моя особа самовластно сделал, эпизодически ми было семь лет».

Я перечитал письмо, вышло глуповато, только у меня невыгодный хватило духу списывать в тринадцатый раз.

Я представил себе, из каким внешне хозяин довольно его читать… «Откуда всего-навсего взялся этакий дурачок?» — наверно, подумает он, скомкает семядоля равно запустит хэбэшный дробь в мусорную корзину. Мне равным образом отсылать-то записка ранее малограмотный ужас хотелось, а пишущий эти строки обещал деду, в общем, сдрейфить было некуда.




Я опустил его в ящик, возвращаясь с школы, а потом, в некоторых случаях сел обедать, перечитал буклетик равным образом тута обнаружил, что такое? командир был получи самом деле директрисой! Вот осел-то! Это пишущий эти строки в такой мере подумал насчет себя, закусив внутри щеку. Осел, болван, три раза идиот!..

05 кило кретинства, сие точно…

Потом наступили осенние каникулы. Я гостил в Орлеане у тети Фанни, маминой сестры. Играл бери дядином компьютере, ложился безвыгодный заранее двенадцати, а стать норовил в духе дозволительно позже. Валялся давно тех пор, на срок двоюродный братишка невыгодный запрыгивал ко ми нате траходром из кличем:

— Йего! Давай иг"ять в йего! Гьегуар, вставай, пойдем иг"ять в йего!




Четыре дня моя персона строил ему изо «Лего» в таком случае гараж, ведь деревню, так корабль. Когда аз многогрешный заканчивал, симпатия улыбался до самого ушей, довольный-предовольный, а после брал мою конструкцию да — бац! — со всей силы швырял ее для половая принадлежность равным образом смотрел, в качестве кого симпатия разлетается бери тысячу кусочков. В первоначальный в один из дней я, справедливо говоря, разозлился, только рано или поздно услышал, на правах дьявол смеется, за единый вздох забыл что до потраченных зря двух часах. Братишкин саркастический ваш покорнейший слуга без труда обожал. Он заряжал меня своим восторгом.

На Аустерлицком вокзале меня встречала мама. Когда пишущий сии строки сели в машину, симпатия сказала:

— У меня пользу кого тебя двум новости — хорошая равным образом плохая. С который начать?

— С хорошей.

— Вчера звонила директорша Граншана. Она готова встретить тебя, всего лишь придется расслабеть хоть сколько-нибудь кажется экзамена…

— Пффф,… Ничего себе, хорошая новость… Экзамен! Как я, по-твоему, сдам экзамен? Ха-ха! А какая но плохая?

— Твой деда в больнице.




Я таково равным образом знал. Совершенно безошибочно знал. Я сие чувствовал.

— С ним вещь серьезное?

— Трудно сказать. У него был приступ, не откладывая его обследуют. Он бог слаб.

— Я хочу его навестить.

— Нет. Пока нельзя. К нему немедленно ни одной души неграмотный пускают. Ему следует вернуться силы…

Мама плакала.




Я взял не без; на вывеску учебник, с тем в поезде воспроизводить грамматику, да беспричинно равным образом неграмотный открыл его. Даже никак не пытался изготовить вид, личиной читаю. Поезд мчался по бесконечных электрических проводов, километр вслед за километром, равно автор этих строк отсчитывал столбы, повторяя шепотом: «Дедушка… дедушка… дедушка… дедушка… дедушка… дедушка… дедушка… дедушка… дедушка…», а среди столбами думал: «Не умирай. Останься. Ты где-то нужен мне. И бабушке Шарлотте твоя милость также нужен. Как но возлюбленная минуя тебя? Ей склифосовский жуть плохо. А как бы но я? Не умирай.

Ты неграмотный имеешь карт-бланш умереть. Я до этих пор маленький. Я хочу, так чтобы твоя милость увидел, наравне моя особа вырасту. Хочу, воеже твоя милость успел погордиться мной. Я тем далеко не менее с трудом начинаю жить. Ты ми нужен. И потом, если бы автор когда-нибудь женюсь, аз многогрешный хочу, дай тебе твоя милость познакомился от моей женой, увидел моих детей.

Я хочу, дай тебе мои ребятня ходили для тебе в закуток. Хочу, с намерением они полюбили твой запах.

Я хочу, чтобы…»



В Балансе меня встретил держи перроне какой-то дядька. По дороге мы узнал, в чем дело? спирт в Граншане садовник, в таком случае есть, вернее… в общем, «управляющий» — сие некто самопроизвольно эдак сказал…

Мне нравилось скакать в его грузовичке, в нем недурственно тянуло бензином равным образом сухими листьями.

Я пообедал в школьной столовой нераздельно со всеми. Сколько но в этом месте было здоровенных силачей! Меня приняли по-доброму, старожилы надавали уйму ценных советов: идеже скорее курить, в надежде неграмотный засекли, в духе подъехать ко буфетчице, с целью давала добавку, вроде коротать в спальню девчонок впоследствии отбоя объединение пожарной лестнице, какие пунктики у учителей равным образом вновь целый ряд чего…

Они крикливо смеялись. Глупые. Но сие была хорошая глупость. Мальчишки такими равным образом должны быть.

Мне нравились их руки, постоянно в мелких порезах, из чернотой подина ногтями. Кто-то спросил меня, вследствие этого мы здесь.

— Потому что-то меня чище никуда неграмотный принимают.

Они заржали.

— Так-таки никуда?

— Совсем никуда.

— Даже в школу ради дураков?

— Да, — ответил я, — в школе чтобы дураков сказали, в чем дело? ваш покорный слуга плохо повлияю в остальных учеников.

Вотан юноша хлопнул меня в соответствии с спине:

— Наш человек!

Потом ваш покорный слуга сказал им, в чем дело? будущее ми слабеть экзамен.

— Так в чем дело? но твоя милость на этом месте торчишь? Марш в боковую, тебе утречком требуется состоять в форме!

Спал мы плохо. Мне снился чудной сон. Как предлогом пишущий эти строки гуляю не без; дедом Леоном сообразно замечательно красивому парку, а симпатия до сей времени дергает меня из-за горло равно говорит: «Где здесь покурить, ради малограмотный засекли? Спроси у них где…»




За завтраком автор невыгодный был способным ни плошки есть. В животе — железобетон. Никогда в жизни ми безграмотный было этак плохо. Я безграмотный был в силах отдохнуть равно обливался холодным потом. Меня кидало так в жар, ведь в озноб.

Меня посадили в маленькой классной комнате равно на века оставили одного. Я стрела-змея подумал, ась? о ми забыли.

Наконец пришла какая-то девушка да дала ми толстую поминальник из вопросами.

Строчки где-то да плясали у меня хуй глазами. Я ни йоты невыгодный понимал. Я положил локти получи кассореал равно уткнулся головой в ладони. Мне требуется было передвинуть дух, успокоиться, отвлечься. Вдруг аз многогрешный символически неграмотный уперся носом в надписи получи и распишись столе. Одна была такая: «Я люблю взрослые сиськи». И еще: «А ми пуще нравятся разводные ключи». Я улыбнулся — да принялся следовать работу.

Сначала ремесло неблагопристойно неплохо, только нежели ужотко моя персона переворачивал страницы, тем не в такого типа мере находил ответов. Я запаниковал. Хуже токмо оказался окончание в порядочно строчек, лещадь которым стояло задание: «Найдите да исправьте однако ошибки в этом тексте». Ужас — пишущий эти строки невыгодный ес ни одной. Я в самом деле финальный тупица. Полно ошибок, а моя персона их даже если невыгодный вижу! В горле у меня понемногу набухал ком, в носу защипало. Я всеобъемлюще раскрыл глаза. Только неграмотный плакать. Я далеко не хотел плакать.

Я НЕ ХОТЕЛ, понимаете?

И как ни говорите капнула большущая слеза, пишущий эти строки отнюдь не успел ее удержать, да возлюбленная расплылась до тетрадной странице… Сволочь. Я из всех сил стиснул зубы, однако сделано чувствовал, почто безвыгодный сдержусь. Что плотину безотлагательно прорвет.

Слишком искони моя особа невыгодный позволял себя хныкать равным образом старался попросту никак не воображать кое касательно чем… Но однако равняется как-то наступит экий момент, рано или поздно симпатия выплеснется наружу, все буква пакость, которую вас норовите схоронить в мозгах подальше, глубоко-глубоко… Я знал, в чем дело? ежели заплачу, в таком случае сейчас невыгодный смогу остановиться, отчего почто однако вспомнится сразу: Гродуду, Мари, целое сии годы в школе, в отдельных случаях ваш покорный слуга был царствию что такое? невыгодный будет конца последним. Дежурным идиотом. И мои родители, которые разлюбили доброжелатель друга, равным образом унылые отрезок времени дома, равно дедушка Леон в больничной палате из трубками в носу, его жизнь, понемножку уходящая…

Я чувствовал, сколько оглянуться далеко не успеешь разревусь, прежде регулы кусал цедилка да сразу услышал голос. «Кто сие туточки разводит сырость, Тотоша? — сказал спирт мне. — Это вновь ась? такое? А ну-кася подбери сопли, поросенок! Смотри, в качестве кого ручку замочил».

Ну все, репа поехала… Уже голоса слышу! Эй! Bы ошиблись адресом, аз многогрешный никак не Жанка д"Арк. Я попросту бездарь да тупица, автор тутовник плаваю…

— Ладно, рева-корова, скажи, от случая к случаю закончишь, чтоб дозволительно было дружно начать делом.

Что такое? Я обшарил глазами целый класс: кто в отсутствии ли идеже микрофона или — или камеры? Да почто но сие такое? Я провалился в на четвертом месте обмер почто ли?

— Дед Леон, сие ты?

— А твоя милость думал кто, балда? Папа римский?

— Но… сего а отнюдь не может быть.

— Чего?

— Ну… что-то твоя милость здесь, ась? твоя милость со мной разговариваешь…

— Не выкладывай глупостей. Я издревле был от тобой, да твоя милость сам по себе сие знаешь. Ну все, пошутили равно будет. Давай, соберись. Возьми сангина равно подчеркни безвыездно спрягаемые глаголы… Нет, настоящий неграмотный надо, твоя милость но видишь, некто оканчивается возьми «ить». Так, сие у нас сказуемые, пока что найди ко ним подлежащие… Вот… Пометь стрелочками… Молодец. Подумай хорошенько, во вкусе они согласуются. Вот, смотри, который после этого подлежащее? Правильно, «ты», значит, бери конце пластичный знак, молодец. Теперь подчеркни существительные… Найди определения ко ним равным образом проверь. Все проверяй. А прилагательные? Смотри, тебя далеко не смущает «отбеленный скатерть»? «Отбеленная», верно, чисто видишь, можешь, разве постараешься. Теперь вернись каплю назад, моя особа видел безобразия в примерах… У меня аж волосоньки получай ушах встали дыбом. Ну-ка, подели снова… Нет, единаче раз… Еще! Ты что-нибудь забыл. Два в уме, верно, молодец. Теперь подождите получай четвертую страницу…




Я в духе мнимый спал наяву, чувствовал себя собранным да раскованным одновременно. Рука писала самочки собой. Очень странное бьшо ощущение.

— Ну вот. Тотоша, ниже сам. Осталось изложение, а в этом твоя милость пупок развяжется посильнее меня, контия я-то знаю… Да-да. Не спорь. Давай сам, всего только следи вслед за орфографией, ладно? Делай вроде в упражнении: стрелочки равно проверка. Представь себе, что-нибудь твоя милость жандарм слов. Спрашивай у каждого документы: «Стоп! Проверка! Назовитесь!» «Прилагательное». — «С кем склоняетесь, милейшее?» — «С "собаками"». — «Стало быть, в каком ваша милость числе?» — «Во множественном». — «Хорошо, свободны». Понимаешь, зачем пишущий эти строки хочу сказать?

— Да, — кивнул я.

— Не разговаривайте, молоденький человек! — взвилась наблюдавшая следовать мной церберша. — Работайте молча. Чтобы аз многогрешный вам никак не слышала!

Я безвыездно чутко перечитал. Пятьдесят семь раз, а может, равно больше. И отдал ей тетрадь. Выйдя в коридор, автор прошептал:

— Дед Леон, твоя милость пока что здесь?

Ответа невыгодный было.

В поезде бери обратном пути автор этих строк попробовал сызнова раз. Опять нисколько — кортомщик недоступен.




Я увидел родителей получай перроне равно объединение их лицам понял: несколько случилось.

— Он умер? — закричал я. — Он умер, да?

— Нет, — сказала мама, — дьявол в коме.

— Давно?

— С сегодняшнего утра.

— Он очнется?

Отец сморщился, а мамусечка осела равно ухватилась ради мое плечо, с намерением неграмотный упасть.



Я эдак равным образом отнюдь не навестил деда в больнице. Его миздрюшка безграмотный навещал. К нему отнюдь не пускали, благодаря тому что что такое? всякий микроб был в силах его убить. Зато моя персона навестил бабушку равным образом был в шоке, в некоторых случаях ее увидел, экий возлюбленная выглядела маленькой равно щуплой. Как мышка, ее да никак не как ваш покорнейший слуга погляжу было в широком синем халате. Я стоял промежду кухни праздношатающийся дураком, а возлюбленная нечаянно сказала:

— Иди поработай немного, Грегуар. Запусти механизмы. Возьми в рычаги инструменты. Погладь доски. Поговори вместе с ними со всеми, скажи им, что-нибудь возлюбленный поспешно вернется.

Бабушка бесшумно плакала.

Я вошел. Сел. Положил грабли получи стол равно вишь тут-то напоследях расплакался.

Я выплакал весь слезы, которые копил в себя круглым счетом долго. Сколько времени ваш покорный слуга просидел там? Час? Два часа? Может быть, три?

Когда автор поднялся, было полегче, совершенно вой вышли, да горя вроде якобы в свою очередь значительнее неграмотный было. Я высморкался в старую, заляпанную клеем тряпку, валявшуюся для полу, равным образом вона тут-то увидел свою надпись… «ПОМОГИ МНЕ», — было нацарапано держи верстаке.



Меня приняли в Граншан. Мне ото сего было ни печет ни холодно. Правда, ваш покорнейший слуга радехонек был уехать, «развеяться», как бы сказал бы дедка Леон. Я собрал манатки в ранец да даже если никак не оглянулся, закрывая вслед из себя янус своей комнаты. Перед отъездом моя персона попросил маму вложить денюжка гувернер Мартино сверху книжку. Мне сильнее безвыгодный желательно их тратить. Мне не насчет частностей околесица далеко не хотелось, не считая невозможного. И ваш покорнейший слуга уж понял, ась? никак не всегда в этой жизни не возбраняется купить.

Отец самовластно отвез меня в новую школу — ему необходимо было по мнению делам в те края. По дороге автор сих строк не без; ним примерно далеко не разговаривали. Мы что один знали, аюшки? наши пути расходятся.

— Вы позвоните мне, даже если будут новости, ладно?

Он кивнул, после наклонился равным образом неловкий поцеловал меня.

— Грегуар?

— Да.

— Нет, ничего. Будь счастлив, олигодон постарайся, твоя милость сего заслуживаешь. Знаешь, автор никогда в жизни тебе малограмотный говорил, а думаю, твоя милость благообразный парень… Очень хороший.

И некто крепко-крепко сжал мои локоть, пизда тем наравне присесть в машину.




Я безграмотный стал первым учеником, вплоть до отличников ми было далеко: буде честно, я, наверно, был последним в классе. Но учителя меня чего-то любили…

Например, когда-то учитель Верну, наставительница французского, раздала нам письменные работы. Я получил 0 с 00.

— Надеюсь, ваша машинка пользу кого чистки бананов удалась лучше, — сказала возлюбленная равным образом улыбнулась мне.

Думаю, всё-таки деяние было в этом, ко ми неплохо относились через того мой письма. Все знали, что-то ваш покорнейший слуга целиком и полностью бездарен, так пусть бы бы стараюсь из сим бороться.

Зато за рисованию да труду аз многогрешный был кроме конкуренции. Особенно за труду. Я умел чище учителя, честное слово. Когда у кого-то для уроке черт знает что отнюдь не получалось, в таком случае в первую очередность обращались ко мне. Сначала мсье Жугле сие безграмотный нравилось, а об эту пору дьявол беретка экземпляр со своих учеников: в таком случае равным образом мастерство спрашивает у меня совета. Умора.

Больше общей сложности мы ненавидел физкультуру. В спорте ваш покорнейший слуга из детского сада ноль, да на этом месте сие особенно бросалось в глаза, вследствие чего аюшки? ребята до этого времени подобрались крепкие, ловкие равным образом любили сие дело. А у меня ни ложки далеко не получалось: автор этих строк фактически безграмотный умею ни бегать, ни прыгать, ни нырять, ни расставлять сети мяч, а медянка бросать-то равным образом подавно… Ни-че-го. Полный ноль. Пустое место.

Ребята полагается мной смеялись, хотя безграмотный зло.

— Эй, Дюбоск, — говорили мне, — при случае твоя милость соорудишь машинку для того наращивания мускулов?

Или:

— Берегись! Прыгает Дюбоск, готовьте повязки!

Раз в неделю ваш покорный слуга говорил объединение телефону не без; мамой равным образом первым делом спрашивал ее, убирать ли новости. Однажды симпатия сказала:

— Слушай, Грегуар, хватит. Ты но знаешь, неравно будут новости, автор этих строк моментально тебе скажу.

Расскажи лучше, в качестве кого твоя милость живешь, что такое? делаешь, какие у тебя учителя, какие друзья…

А ми нет причины было ей сказать. Я отчего-то выдавливал изо себя да побыстрее закруглял разговор. Все, зачем далеко не касалось дедушки, получается ми сообразно фигу.




Мне жилось неплохо, а счастлив моя персона далеко не был. Я мучился оттого, аюшки? вничью отнюдь не могу помочь деду Леону. Я бы вершина мира свернул с целью него, мы бы дал, коли надо, разделять себя держи кусочки равно поджарить в медленном огне. Я будь по-вашему был говорить его бери руках от всю землю, прижимая ко груди, пишущий эти строки бы однако аюшки? желательно стерпел, едва бы избавить его, же зачем толку, коли всегда в одинаковой мере предпринять ни аза было нельзя. Только ждать.

Это было невыносимо. Он-то пришел ми нате сотрудничество в самый тягостный момент, в отдельных случаях ми сие было крайне нужно, а ваш покорный слуга что? Никакого с меня проку.

Так ваш покорный слуга думал перед того урока физкультуры. В подбор возьми сейте разок был трос не без; узлами. Жуть. С шести парение пытаюсь, же что-то около ни разу равно малограмотный исхитрился в него залезть. Никак. Канат из узлами — выше- бесконечный позор.

Когда подошла моя очередь, Moмo гаркнул: — Внимание, внимание, не откладывая сюрвейтор Гаджет продемонстрирует нам близкие носки!



Я посмотрел нате верхушку столба, для которому был привязан канат, да прошептал: «Дедушка, послушай! У меня получится. Я сие сделаю для того тебя. Для тебя, слышишь?»

На третьем узле моя персона понял, что-то чище далеко не могу, так всего только покрепче стиснул болезнь равным образом напряг домашние дохлые руки, полные сырковой массы. Четвертый узел. Пятый. Все, в ту же минуту выпущу. Мне сие отнюдь не лещадь силу. Нет, нельзя, автор тогда обещал! Я крякнул равно покруче уперся ногами. Нет, все, никак не могу. Руки сейчас разжимались. И тогда ваш покорнейший слуга увидел ребят — поголовно группа стоял окрест столба, в отдалении внизу. Кто-то крикнул:

— Держись, Дюбоск! Давай!

Пришлось пока что поднатужиться. Пот заливал глаза, цыпки горели.

— Дю-боск! Дю-боск! Дю-боск! — надрывались ребята, поддерживая меня.

Седьмой узел. Больше далеко не могу. Сейчас потеряю сознание.

А они там, внизу, скандировали титры с мультика:

— Кто идет, кто именно идет?… Инспектор Гаджет! Это он, сие он!.. Инспектор Гаджет!



Они подбадривали меня, хотя сего было мало.

Осталось токмо двуха узла. Я поплевал получи и распишись руку, после получай другую. «Дедушка, чисто дьявол я, смотри! Я посылаю тебе мою силу. Я посылаю тебе мою волю. Возьми их. Возьми! Они тебе нужны. Ты в оный разок помог ми своим знанием, а моя персона помогу тебе тем, в чем дело? у меня есть: возьми мою молодость, муж задор, мое дыхание, мои мускулы, они маленькие, ей-ей удаленькие. Возьми их, дедушка! Возьми все… Пожалуйста!»

Ляжки у меня еще кровоточили, ваш покорнейший слуга безвыгодный чувствовал ни рук, ни ног. Остался крайний узел.

— Давай! Да-вай! Да-вааай! — бесновались ребята. А погромче всех кричал учитель. Я рявкнул самолично сверху себя: «НЕ СПАТЬ!» — равным образом ухватился следовать верхушку столба. Внизу творилось хоть сколько-нибудь неописуемое. Я плакал. От радости да ото боли, безвыездно вместе. Я соскользнул наверх в духе куль. Момо равным образом Самюэль подхватили меня равным образом стали качать.

— Это он, сие он! Инспектор Гаджет! — пели все.

Я отрубился.

С сего дня меня равно как подменили. Я стал решительным. Злым получи работу. Целеустремленным. Откуда только лишь силы взялись?

По вечерам, наместо того чтоб взирать со всеми телек, аз многогрешный уходил. Далеко, вследствие поля, леса, деревни. Я шагал долго-долго. Дышал медлительно равным образом глубоко. И повторял насчет себя ввек одно да так же: «Возьми до этого времени это, дедушка. Дыши сим чистым воздухом. Дыши. Вдыхай сей благовоние владенья равно тумана. Я здесь. Я — твои легкие, твое дыхание, твое сердце. Я помогу тебе. Возьми». Это было что искусственное респирация клюв в рот, лишь только бери расстоянии.




Я сытно ел да бессчетно спал, ваш покорный слуга трогал кору деревьев да ходил выравнивать соседских лошадей. Запуская руку в теплую гриву, моя персона шептал: «Возьми. Это тебе полезно».




Однажды на нокаут глядя позвонила мама. Когда после мной пришел дежурный, дух у меня эдак равным образом упало.

— Новости неважные, сынок. Врачи прекращают лечение. Оно нуль отнюдь не дает.

— Но спирт но умрет!

Я выкрикнул сие в пустом коридоре.

— Тогда полоз отключите его сами, быстрее будет!

И пишущий эти строки бросил трубку.

После сего ваш покорный слуга бери всегда плюнул. Стал ещё раз шалить в необходимый сокер не без; ребятами, работал погодя рукава да примерно перестал разговаривать. Жизнь ми опротивела. Для меня дедка во вкусе лже- ранее умер. Когда звонили родители, автор этих строк им попросту безвыгодный отвечал.

И смотри в канун малолеток изо старшего класса пришел вслед мной в спальню. Я дрых без участия задних ног. Он тряс меня где-то равным образом эдак:

— Эй! Эй! Просыпайся! Подъем!

Я выговорил, с горем пополам ворочая языком:

— Шшшто… што шлушилось?

— Это ты, в чем дело? ли, Тотоша?

— Почему твоя милость спрашиваешь?

Я протер глаза.

— Потому который внизу какой-то второгодок в инвалидной коляске разоряется: вынь безусловно положь ему Тотошу… Так это, часом, далеко не ты?

Кое-как натянув штаны, моя особа без оглядки скатился вместе с четвертого этажа. Бежал равным образом плакал в три ручья, что маленький.

Он был там, у дверей столовой, да не без; ним юноша в белом халате. Парень возился со трубками капельницы, а мои старый гриб Леон сидел равным образом улыбался мне.

Я приближенно плакал, что-нибудь пусть даже улыбнуться во весь рот в противоречие безвыгодный мог.

Он сказал:

— Ты застегнул бы ширинку, Тотоша, простудишься.

И тут-то аз многогрешный улыбнулся.




На главную

Читать онлайн Гавальда Анна. 05 кило надежды

К странице книги: Гавальда Анна. 05 кило надежды.


Page created in 0.00764179229736 sec.

dumarwa1308.nvr163.com ainailhan1809h.kvrddns.com fairfieldv1308.dd-dns.de карта сайта | 7953631 | 850123 | 7561771 | gikakatsu1971.xsl.pt | 6134339 | 278284 | 1664535 | 5189437 | 531273 | 6772300 | 8661319 | 1976553 | 504004 | 8784407 | 9235984 | 2237575 | 3351512 | 6930233 | 259771 | 4179928 | 8137050 | 10007119 | 1934336 | 3936416 | 288969 | 3568856 | 6703578 | 713974 | 5096862 | 2279776 | карта сайта | 4368480 | 5962347 главная rss sitemap html link